Общ. ред., сост. и коммент. С.В. ИвановойВ литературе русской эмиграции трудно отыскать более маргинальную фигуру, чем Юрий Павлович Одарченко. Он сознательно не входил ни в какие писательские группировки; в литературных кругах говорить о нем было не принято 'и почти неприлично'. Эстетические устремления Одарченко близки обэриутам, а его поэзия вызывает в памяти Бодлера. Трагизм судьбы и мировосприятия, постоянное существование на грани яви и иррациональности подтверждают характеристику - 'поэт, израненный современностью'.Сегодня его стихотворения включены во все авторитетные антологии русского зарубежья - но как прозаик Одарченко остался неизвестен российскому читателю.Издание снабжено обширным комментарием и адресовано всем любителям поэзии.